Чудесная жизнь Іосифа Бальзамо, графа Каліостро [Михаил Алексеевич Кузмин] (fb2) читать постранично, страница - 5

злокачественную лихорадку, которую не выдержалъ его уже некрѣпкій организмъ. Послѣ смерти мужа, Феличе сама вела торговлю, расплатилась съ кредиторами и наняла знающаго приказчика. Но, конечно, она думала, что было бы гораздо лучше, если бы скорѣе вернулся сынъ и взялъ все въ свои руки. Особенно теперь, когда она и сама свалилась съ ногъ и совершенно не знала, какъ окончится ея болѣзнь. Съ отъѣздомъ Іосифа и смертью стараго Пьетро сами комнаты стали какъ-то темнѣе, меньше и казались болѣе пыльными и затхлыми. Феличе лежала на той же кровати, гдѣ родился Іосифъ, покрытая тѣмъ же одѣяломъ, и печально думала о своей одинокой теперь жизни и, можетъ-быть, близкой смерти. Вдругъ она услышала, какъ брякнуло кольцо у входной двери, еще разъ, еще… сильнѣе — и въ комнату быстро вошелъ коренастый молодой щеголь такихъ лѣтъ, когда уже нужно бриться черезъ день. Онъ быстро подошелъ къ кровати, отдернулъ пологъ.

— Джузеппе, дитя мое!

— Милая мама, добрый день.

Феличе смѣялась и плакала, осыпала сына поцѣлуями, разсматривала его лицо, носъ, глаза, губы, даже ощупывала, какъ слѣпая. Іосифъ смахнулъ слезу и сталъ разсказывать свои странствія, но казалось, Феличе ихъ не слушала, а только смотрѣла на это лицо, на эти глаза, будто она завтра же должна была ихъ потерять и хотѣла теперь насмотрѣться досыта. Сердце ея не обмануло: она не увидѣла больше сыновняго лица радостно и спокойно, а если и замѣчала его, то въ разодраиныхь видѣніяхъ предсмертныхъ мукъ, потому что бѣдная женщина умерла въ ту же ночь, словно ея организмъ не выдержалъ радости. У нея было спокойное и довольное выраженіе, какъ у человѣка, который дождался хозяина, заперъ двери, передалъ ключъ владѣльцу и мирно ушелъ домой.

Джузеппе не былъ хозяиномъ, который вернулся въ наоиженный домъ. Непосѣдливость, любопытство и стремленіе къ знанію увлекали его дальше. Впрочемъ, это желаніе поддерживалъ въ немъ и кавалеръ д’Аквино, пріѣхавшій съ нимъ въ Палермо. Ликвидировавъ родительскую торговлю и снявъ положенный трауръ, Іосифъ отправился въ Римъ, снабженный рекомендательнымъ письмомъ къ графу Орсини. Это было весною 1768 года.

Папскій Римъ, несмотря на духовный санъ государя, жилъ весело и сво бодно. Іосифъ бѣгалъ первые дни какъ сумасшедшій, осматривая памятники языческой и папской старины, пьянясь пышностью богослуженій и процессій, или глядя черезъ окна кофеенъ на суетящійся и будто всегда карнавальный народъ.

Бывалъ онъ только у графа Орсини, не прерывая заброшенныхъ-было первое время по пріѣздѣ занятій. Кромѣ общей пестроты и оживленности улицъ, его не мало привлекали окна магазиновъ, ремесленныхъ заведеній, гдѣ, казалось, были выставлены предметы, свезенные со всѣхъ концовъ міра. Жаръ не былъ особенно жестокъ и позволялъ Іосифу гулять по городу даже въ тѣ часы, когда римляне по привычкѣ отдыхаютъ послѣ обѣда.

Однажды, проходя по эстрадѣ Пеллегрини, Іосифъ замѣтилъ въ окнѣ одного литейщика чугунное кольцо, украшенное стариниыми эмблемами, напомнившими ему его давнишній сонъ. На порогѣ стояла дѣвушка дѣтъ пятнадцати, съ веселымъ и живымъ лицомъ, озабоченно и удивленно глядя на замѣшкавшагося молодого человѣка. Она спросила, не можетъ ли чѣмъ служить синьору, при чемъ тутъ же прибавила, что отца, Іосифа Феличьяни, въ лавкѣ нѣтъ, а она сама, дочь его — Лоренца. Бальзамо представился въ свою очередь и спросилъ насчетъ кольца. Лоренца сказала, что она не знаетъ, за сколько отецъ продаетъ эту вещь, и чтобы, если господину не трудно, онъ зашслъ завтра утромъ.

— Тогда отецъ будетъ здѣсь, и вы съ нимъ потолкуете.

— Хорошо. И синьора Лоренца будетъ завтра тутъ?

— Синьора Лоренца? Не знаю. Развѣ это васъ интересуетъ? Имѣйте въ виду, что синьора Лоренца прекапризное существо и никогда не можетъ сказать, что она будетъ дѣлать черезъ минуту.

— Будемъ надѣяться, что завтра мы увидимся. Итакъ, до завтра.

Лоренца сморщила носъ и присѣла, при чемъ Іосифъ замѣтилъ, что дѣвушка немного хромаетъ на лѣвую ногу. Давъ покупателю отойти нѣсколько шаговъ, она окликнула его:

— Послушайте, господинъ въ зеленомъ кафтанѣ! Вы не думайте, что я совсѣмъ глупая дѣвочка, и меня можетъ провести любой молодчикъ. Мнѣ уже пятнадцать лѣтъ, и я отлично понимаю, что вы вовсе не Бальзамо и даже не Іосифъ.

— А кто же я по-вашему?

— Вы — графъ!

— Отлично. Какъ же моя фамилія?

— Фамилія? Ахъ… да… фамилія. Ну, хотя бы Каліостро.

— Почему же именно Каліостро? — спросилъ Іосифъ, раздувая щеки оть смѣха.

— Не смѣйтесь, пожалуйста. У меня есть тетка Каліостро.

— Графиня?

— Ахъ, нѣтъ! Если-бъ она была графиней!

— Что же бы тогда было?

— Я была бы графининой племянницей! Нѣтъ, правда, вы не отпирайтесь, что вы — графъ. Я это вижу по глазамъ. Только вы — скупы и, думая, что отецъ возьметъ съ васъ дороже за то, что вы — графъ, скрываете свой титулъ. Вотъ и все! Но я васъ выдамъ папѣ, будьте увѣрены.

— Какъ вамъ угодно. До свиданья, синьора Лоренца.

--">

Пожертвовать