Чудесная жизнь Іосифа Бальзамо, графа Каліостро [Михаил Алексеевич Кузмин] (fb2) читать постранично, страница - 7

мечтательница, но вотъ я часто мечтаю… Вы не смѣйтесь, я этого никому не говорю, а между тѣмъ я должна это сказать, иначе я лопну… Мнѣ бы хотѣлось ие то, что быть богатой или знатной, а бывать ими… Всегда, это скучно! А такъ: сегодня богатая княгиня, завтра поденщица, послѣзавтра монахиня… Можетъ быть, я рождена быть картежницей, или актрисой. Я вѣдь очень веселая и выносливая… Или авантюристкой! Но одной скучно! И потомъ я обожаю путешествія. Вы счастливы, всего такъ много видѣли. А мнѣ ужъ пятнадцать лѣтъ, а между тѣмъ я никуда не выѣзжала изъ Рима, — вѣдь это же ужасно! Но что объ этомъ толковать!.. Судьба не всегда отъ насъ зависитъ. Простите, что я такъ болтаю. Едва ли это вамъ интересно…

Іосифъ пробормоталъ какую-то любезность и иоцѣловалъ руку у дѣвушки. Больше они не говорили, тѣмъ болѣе, что дошли уже до дома Феличьяни.

Черезъ нѣсколько дней лавку на эстрадѣ Пеллегрнни посѣтилъ графъ Орсини н долго бесѣдовалъ съ хозяиномъ, нрнчемъ они заперли двери и Лоренцу выслали на улицу. Хотя дѣвушка ничего противъ этого не имѣла, но все-таки ей показалось, что отецъ съ гостемъ совѣщаются что-то ужъ очень долго. Наконецъ, они вышлм. Старый Феличьяни долго смотрѣлъ въ слѣдъ уходившему графу Орсини, не накрывая головы шляпой, потомъ обратмлся къ Лоренцѣ:

— Ну, стрекоза, можешь себя поздравить.

— Не зяаю, сь чѣмъ! — отвѣтила дочь, пожимая плечами.

Отецъ объяснилъ ей, что графъ приходилъ въ качествѣ свата отъ Іосифа Бальзамо, и что онъ, Феличьяни, далъ свое согласіе, такъ что теперь дѣло только за нею. Лоренца, вспыхнувъ воскликнула:

— Вотъ я и буду графиней! Но какой плутъ этотъ вашъ молодой человѣкъ! Хоть бы слово мнѣ шепнулъ.

Феличьяни, конечно, не очень охотно отдавалъ Лоренцу за человѣка, который не имѣлъ никакого мѣста, не занимался никакимъ ремесломъ, ни искусствомъ и не получилъ наслѣдства, но Орсини объяснилъ ему, что Бальзамо готовится къ ученой дѣятельности, и что на первыхъ порахъ ему будутъ помогать друзья, такъ что мододая чета не только не будетъ ни въ чемъ нуждаться но даже будетъ жить въ полномъ довольствѣ. Дѣвушка радовалась, хотя и не была влюблена въ Іосифа, такъ что, пожалуй, этотъ послѣдній болѣе нетерпѣливо ждалъ свадьбы, которая и произошла 20 апрѣля 1768 года въ церкви св. Маріи на горушкахъ.

Лоренца и слышать не хотѣла, что Бальзамо не графъ Каліостро, говоря, что ей ея мечты и фантазіи дороже какихъ-то тамъ полицейскихъ бумагъ. Іосифъ не слишкомъ горячо убѣждалъ, до такой степени привыкнувъ къ своему графству, что когда, иногда въ минуты нѣжности, жена называла его «Бальзамчикъ мой!», онъ совершенно серіозно хмурилъ брови и думалъ, кого имѣетъ въвиду графиня. Чтобы совсѣмъ не походить на Іосифа Бальзамо, онъ даже измѣнилъ свое имя, называя себя и подписываясь: «Александръ, графъ Каліостро». Впрочемъ, онъ вообще любилъ инкогнито и псевдонимы, зовясь еще графомъ Фениксомъ и графомъ Гара, но это было впослѣдствіи.

Молодые жили еще восемь лѣтъ въ Римѣ. Каліостро укрѣплялъ свое знаніе, силу и мудрость подъ опытнымъ руководствомъ. Лоренца немного выѣзжала, носѣщала театры и прогулки, нашила себѣ платьевъ, но все-таки была очень рада, когда мужъ объявилъ ей въ 1776 г., что имъ предстоитъ отправиться въ Лондонъ. Предъ Лоренвой уже рисовалась жизнь, полная превратностей, приключеній, величія и паденія, о какой она мечтала въ тотъ далекій день карнавала.

6

Они пріѣхали въ Лондонъ яснымъ іюльскимъ днемъ. Солнце достаточно грѣло, и улицы были, пожалуй, оживлениѣе, нежели въ Римѣ, такъ что не будь небо такъ бдѣдно, будто хорошо вымытый голубой ситецъ, и толпа не такъ молчалива, можно было бы подумать, что они не покидали благословенной Италіи. Лондонскій народъ иногда и шумѣлъ, но это не былъ веселый гулъ южной площади, а брань и плачъ и выкрики закоптѣлыхъ оборванцевъ, голодныхъ дѣтей въ слишкомъ длинныхъ сюртукахъ и поломанныхъ шляпахъ, да накрашенныхъ женщинъ, тѣснившихся у самыхъ стѣнокъ и одѣтыхъ такъ, будто каждая часть ихъ туалета была выужена мусорщикомъ изъ герцогскихъ помойныхъ ямъ, гдѣ она пролежала съ полгода. Онѣ держались робко и молча, только временами пронзительно переругиваясь между собою, или съ проходившими мастеровыми. Впрочемъ, дальше отъ старыхъ кварталовъ улицы дѣлались шире; небольшіе домики, обвитые хмѣлемъ, съ широкими низкими окнами имѣли, несмотря на то, что были крашены въ темную краску или построены изъ некрашеннаго кирпича, довольно уютный и привѣтливый видъ, Около многихъ изъ нихъ были насажены кусты бузины и разбиты огороды съ цвѣтами и хозяйственными травами, на окнахъ висѣли клѣтки съ канарскими птичками и внутри почти въ каждой комнатѣ былъ виденъ большой, занимавшій чуть не четверть всего пространства, очагъ съ котелкомъ.

Въ одномъ изъ такихъ домовъ на Whircombstreet’ѣ и поселился Каліостро, снявъ верхній этажъ у миссъ Жульеты.

Каліостро --">

Пожертвовать