Всякая всячина 2015 №09 [Журнал «Всякая всячина»] (epub) читать постранично, страница - 4

Сознательные кардеры идут для этого на сайт Красного креста. Человек же не будет потом писать в Красный крест: верните мне мою пятёрочку!

Стукач ждёт у магазина «Лянок» на пр. Скорины

Вряд ли мы спалились сами — глупостей не делали. У меня был компьютер для работы, а был компьютер для обычного Димы Насковца. Никаких карточек и счетов на своё имя — только профиль в Facebook. Никаких обналичиваний в белорусских банках! Есть жёсткое правило: ты не снимаешь денег там, где живёшь. В России можно, но не тут. Шифровались, нанимали безопасников, — всё было чисто.

А потом год нашей переписки, зашифрованной-перешифрованной, я увидел на столе у ФБР. Дело наше начали шить с 2009 года, наши компьютеры целый год «просвечивались».

Чаще всего уголовное дело начинается с простой вещи: кто-то открывает рот. Если бы не стукач, нас бы не нашли: ты сидишь в Беларуси, воруешь у США, деньги ушли во Вьетнам, оттуда в Гонконг, а из Гонконга пришёл Western Union в Москву, где перевод кто-то обналичил. Белорусское следствие не начинается с нуля по заявлению жертвы из Техаса. Единственный проверенный способ — берут тёпленьким кого-то из хакерских кругов, вызывают в милицию, немножко придушат и отпускают: будешь с нами встречаться по четвергам у магазина «Лянок» на пр. Скорины и докладывать.

Существует что-то вроде сети, где отделения по борьбе с киберперступностью всего мира обмениваются информацией. Видимо, через стукача туда попала информация про нас — и пошло.

Непафосный арест в Беларуси: напарник получает 11 лет

В тот же день, когда ко мне пришёл электрик из ФБР, С. арестовали в Беларуси. Он разбил ноутбук при аресте, пытался из окна выбросить. В кошельке у него нашли карточку Epassporte. Она была оформлена на другого человека, а копия чужих водительских прав и жировки, которые он прилагал к ней, лежали в шуфлядке.

Так вышло, что я очень помпезно сел: ФБР, Интерпол, американская пресса! А чувак какой-то тихо сел в Беларуси на 11 лет как руководитель преступной группы — и бог с ним, нигде об этом не пишут. Он, кстати, до сих пор не признал вины и пытается обжаловать приговор. Как олдскульный гангстер. Он всегда был очень независимым человеком, ему ничего не навяжешь. Говорит, будто это я всё придумал — и я не против: ок, вали на меня, ведь в Америке я признал свою вину на весь мир.

И в этом есть смысл: к примеру, ты украл кошелёк у человека из заднего кармана, а он тебя за руку поймал. А через два дня ты говоришь, что это не твоя рука была, а девушки азербайджанского вида. Отсидел и объявляешь: друзья, это ж не моя рука была, это всё бутафория и политически мотивированный процесс! И они думаю: ну, может, и правда. А вот если ты признал вину — ты карманник на всю жизнь, как я.

Напишу-ка ему письмо — поздравлю с 1 сентября: мол, дети идут в школу, а тебе никуда не нужно.

Подельники: волосатый металлист, интернет-меняла и ещё какой-то чувак

Милиции всегда хочется сделать большую преступную группу, чтобы увеличить статью. СК зацепил всех, кого можно было. СК задержал всех наших якобы подельников.

Один из них О. — металлист, такой суровый чел, с которым можно пойти на крутой концерт, а не заниматься бизнесом. Он жил в России, я с ним просто дружил. Он, может, и мутил что-то сам по себе, но не с нами. На его старом компьютере нашли переписку со мной — и этого хватило. С моим напарником он даже не был знаком. Получил 6 лет, сидит в Бобруйске. Пишу ему, а он присылает ответы моей бабушке, она потом их мне читает. Был волосатый неформал, который мне говорил за столом, что бога нет (я и сам не большой поклонник церквей — я за духовность вне системы), а теперь читает православных авторов, хочет финансировать детский дом и поэтом стал.

Кто такой Виктор Лукашенко — без понятия. Если он был «обменник», то таких людей было много, без них никак: надо же как-то обналичить украденное и купить шампанское в «Риге». Я не знал, что у него такая фамилия, а если бы знал, то побоялся бы у него что-либо покупать. Даже странно, что его посадили. Можете себе представить, что в 30е какой-нибудь следователь посадил бы человека с фамилией Сталин?

И ещё какого-то чувака посадили.

По-моему, всех уже отпустили бы по амнистии, если бы они погасили групповой иск. Один человек мог бы продать квартиру, чтобы все вышли. Но белорусы не готовы расстаться с квартирой ради воли: есть риск, что ты её уже никогда не купишь.

«Зачем тебе в Америке сидеть 40 лет? Посиди в Беларуси шесть годиков!»

У чехов было два запроса об экстрадиции — от белорусов и от американцев. Но американцы запросили меня первыми, а кто первый встал, того и тапки.

Как-то в чешскую тюрьму пришёл белорусский посол, блондин, лет 35, очень приличный человек с виду. Здравствуйте, говорит, вот зачем вам лететь в Америку, 40 лет сидеть? Может, всего на 6-7 лет съездите в Минск и там посидите? Он это не со зла! Это был совет по-доброму — как мужик мужику. Но я ответил: ну уж нет! У меня много знакомых в белорусской

--">

Пожертвовать